Забористые шутки в лучших традициях венецианского карнавала, остроты «с перчиком» – казалось бы, из далекого прошлого, но бьющие не в бровь, а в глаз нашим современникам… 9 и 10 ноября на сцене Карагандинского драматического театра им. К.С. Станиславского будет представлена премьера легендарной сатирической сказки «Любовь к трем апельсинам», на сдаче которой мы побывали.
В основе сюжета – комедия в двух действиях Леонида Филатова, написанная в 1997 году по мотивам одноименной сказочной пьесы (фьябы) драматурга Карло Гоцци с участием масок итальянской комедии дель арте. Спектакли такого жанра во времена средневековья создавались методом импровизации на основе сценария, содержащего краткий сюжет представления. Герои пьесы – Панталоне, Труффальдино, Тарталья, Бригелла – это кочующие персонажи классической итальянской комедии, которые встречаются в разных произведениях. За века они стали своего рода архетипами комедийного жанра. Насколько сложно было постановщикам перевести архаику этих образов в современность?
– На самом деле никогда такой задачи перед собой режиссер не ставит – как бы осовременить сюжет, – делится режиссер спектакля, художественный руководитель Театра им. К.С. Станиславского Рача Махатаев. – Потому что если ты умышленно будешь это делать, то у тебя ничего не получится. Нужно вникать в автора, и это не самоцель – осовременить. Если ты подключаешься к теме, которая есть у автора, то ты автоматически, хочешь не хочешь, а выйдешь в ощущение того, что это современный живой текст. В нем были чуть-чуть сокращения: заменили пару нецензурных выражений.
Несмотря на то что перевести сюжет в современную плоскость не было самоцелью создателей постановки, на протяжении всего действа мы встречаем совершенно несвойственные эпохе средневековья термины и фразы. На сцене герои и «по фене ботают», и порой довольно крепко выражаются, и даже акимат каким-то образом попал в одну из остроумных реплик.
Сказочный сюжет повествования – на деле острая политическая и социальная сатира, которую можно смело разбирать на цитаты в свете современных событий. Убийственные реплики героев сопровождаются бурным весельем в классическом карнавальном духе. Местами спектакль становится интерактивным. Так, в сцене с праздником убогих и калек гротескные персонажи внезапно возникают в зрительном зале и увлекают публику в свою вакханалию. Здесь в самый раз уместно выразить особый комплимент режиссеру по пластике Анастасии Чистюхиной. Артисты на сцене буквально творят чудеса своими движениями –- будь то неуемные танцы или осмысленные пластические этюды.
Финал пьесы содержит прямое обращение режиссера к зрителям. После бурного веселья, интриг и непростых приключений главных героев публика традиционно ждет счастливого конца – ведь это сказка, пусть и для взрослых. Но главный герой на наших глазах умирает, причем сцена поставлена так, что зрителю остается догадываться – умер ли персонаж этой истории или погиб сам актер, его изображающий. Своими воззваниями режиссер заклинает его воскреснуть, опять же в жанре сатирического памфлета.
И в этом уникальность постановки: грани между игрой и реальностью стираются, а зрителю предстоит выступить в роли цензора многих острых пассажей…
Лиэль СТЕПКИНА
Видео автора
Фото Александра МАРЧЕНКО
