В 1946 году «Социалистическая Караганда» уже не публикует фронтовые сводки. Война закончилась, но ощущение всеобщей мобилизации со страниц никуда не исчезает. Газета словно вместе со страной пытается перестроиться на новую жизнь: вместо сообщений с передовой – уголь, выборы, восстановление, учеба, стройки и производственные планы.
Язык времени
Первые полосы подшивок начала 1946 года почти целиком заняты подготовкой к выборам в Верховный Совет СССР. Огромные заголовки растягиваются через всю страницу: «Товарищ Сталин – всенародный кандидат в депутаты», «Сталин – наше солнце, наша мудрость, наша радость и надежда». Рядом – бесконечные сообщения о собраниях, митингах, выдвижениях кандидатов и обращениях трудовых коллективов. Газета буквально говорит языком лозунгов.
При этом между идеологическими материалами уже начинает проявляться совсем другая Караганда – послевоенная, уставшая, возвращающаяся к обычной жизни. На полосах появляются публикации о школах, подготовке специалистов, нехватке кадров, учебе без отрыва от производства. В одном из номеров рядом с политическими текстами выходит заметка «О заочном обучении учителей». Газета пишет, что в школах области «работают сотни учителей с незаконченным педагогическим образованием», а заочная система должна помочь «повысить идейно-политический уровень и государственную квалификацию». Это очень точно передает атмосферу времени. Стране нужны уголь, металл и новые рекорды, но одновременно требуются учителя, инженеры, врачи, мастера.
Постепенно издание начинает показывать не только большие государственные кампании, но и огромное количество совершенно земных проблем, с которыми сталкивались жители области сразу после войны. Она становится площадкой, куда люди буквально несут свои бытовые беды и требуют реакции. Причем многие публикации написаны жестко и без особой дипломатии.
На полосах появляются материалы с очень прямыми заголовками: «Бездействующий радиоузел», «Помогите получить перевод», «По поводу хамства». Газета пишет о задержке денежных переводов и пенсий, неработающем радио на руднике Джезказган, грубом отношении к матери Героя Советского Союза Нуркена Абдирова. Особенно показательно, что после публикации заметки о хамстве редакция отдельно сообщает: факты подтвердились, виновные осуждены на три года лишения свободы. Это уже не только агитационная пресса, но и попытка публично вмешиваться в повседневную жизнь региона.
Очень заметно, как меняется круг героев публикаций. Наряду с шахтерами и руководителями все чаще появляются учителя, студенты, агрономы, работники связи, колхозники. Главным постепенно снова становится человек труда.
При этом тон материалов в 1946-1947 годах остается предельно мобилизационным. Даже подготовка к посевной подается почти как фронтовая задача: «Ко дню выборов завершим подготовку к севу». В статьях постоянно звучат слова «социалистическое соревнование», «выполнение плана», «перевыполнение», «необходимо срочно». Война закончилась, но язык чрезвычайного времени еще надолго остается частью газетной интонации.
На мирных рельсах
Издание подробно расписывает будущий рост промышленности, транспорта, связи, добычи угля, строительство жилья и подготовку специалистов. Причем речь идет не только о заводах и шахтах, но и о повышении заработной платы, развитии культуры, образования и улучшении бытовых условий.
Очень большой пласт публикаций посвящен угольной отрасли и попыткам сделать труд более эффективным и безопасным. Показательно, что в подшивках появляются уже почти научные материалы.
Так, в статье «Новейшие методы борьбы с угольной пылью в шахтах» газета подробно рассказывала уже о вполне конкретных технических решениях. Среди предложенных способов – применение новых врубовых машин, уменьшение высоты вынимаемого слоя угля, использование режущих цепей с большим количеством линий резания, механическое распыление воды в зоне забоя и контроль износа оборудования. Отдельно описывались системы увлажнения угля: воду предлагалось подавать по трубкам под давлением прямо в пласт, чтобы пыль оседала еще во время работы.
При этом газета постоянно возвращает читателя к реальности шахтерского быта. На страницах появляются жесткие критические заметки о столовых, где рабочие по 40-50 минут ждут обед, о нехватке посуды, плохом обслуживании и бездействии руководителей.
Стоит напомнить, что в те годы началась пятилетка, которую подавали как общенародную задачу, от выполнения которой зависело будущее всей страны. Газета обещала рост заработной платы, расширение жилищного строительства, развитие школ, больниц, клубов и библиотек.
Так, например, в одном из материалов подчеркивалось, что снова начал оживать после войны Дворец культуры железнодорожников на станции Караганда-Сортировочная. Театральный коллектив выезжает с концертами, в залах вновь собираются люди, а вечерами проходят киносеансы и выступления. При этом статья очень честно показала и проблемы. Газета прямо написала, что долгое время дворец культуры был фактически заброшен и даже превращен в «частично коммерческое предприятие личной наживы». В клубе не хватало мебели, библиотека годами не пополнялась, ощущался дефицит газет и журналов.
Уделяется внимание и теме образования – появляются большие материалы о воспитании чувства патриотизма, работе школ, дисциплине и роли родителей в обучении детей.
Отдельные публикации посвящены железной дороге и транспорту, без которых невозможно было развитие угольного бассейна. Подробно рассказывалось об электрификации Карагандинской магистрали, росте грузооборота и расширении железнодорожной сети. Караганда в этих материалах показана как крупный промышленный узел, который должен связать угольный бассейн с остальной страной и обеспечить бесперебойную перевозку угля, руды и грузов.
В верстке – креатив
Интересно и то, как постепенно меняется сама газета. Если раньше первые полосы почти полностью занимали лозунги и официальные обращения, то к 1950 году на главной странице начинают появляться первые анонсы материалов номера. Под рубрикой «Сегодня в номере» читателю заранее сообщают, о чем пойдет речь внутри выпуска.
Если сравнивать с первыми послевоенными годами, то к 1950-му газета становится заметно спокойнее. Возникает ощущение устоявшейся мирной жизни со всеми ее повседневными заботами.
При этом полностью эхо войны не исчезает. Оно остается в международной повестке, идеологическом языке, постоянных материалах о борьбе за мир, международной напряженности, в противостоянии США и Кореи.
Что касается облика издания, то к концу первой пятилетки газета становится визуально живее. На полосах появляются более крупные и разнообразные заголовки, подзаголовки, выделения курсивом, рамки и черные заливки под рубрики и анонсы. Первую страницу уже не занимают целиком только лозунги и официальные тексты, полосы начинают выглядеть более динамичными. «Социалистическая Караганда» заметно уходит от военного типографского аскетизма. Принцип максимальной вместимости, где главный акцент делался не на удобстве чтения, а на объеме информации, уходит в прошлое.
Становится больше фотографий, схем и диаграмм. Помимо официальных портретов, в номерах регулярно появляются производственные снимки, бытовые сцены, дети, учреждения культуры.
И если красной нитью послевоенных выпусков были восстановление, образование и попытка заново наладить мирную жизнь, то впереди страну ждала уже совсем другая эпоха – масштабное освоение целины, новые стройки, новые люди и совершенно другая газетная повестка. Но это уже история следующего субботнего номера.
Наталья ФОМИНА
Фоторепродукции автора
