• Опубликовано:6 февраля, 2010
• Комментарии:Комментариев нет
• Рубрика:Культура
• Просмотров: 200

Впервые о Наталье Сац я услышал от казахстанского писателя и журналиста Олега Мацкевича. В апреле 1985 года он подарил мне в Алма-Ате свою новую книгу “Три цвета радуги”, посвященную музыке, живописи и кинематографии Казахстана. И с горечью сказал: “Жаль, что в этой книге я мало написал о театрах республики. И совсем ни слова не упомянул о Театре юного зрителя в Алма-Ате. Его создала москвичка Наталья Сац, человек нелегкой, я бы сказал, трагической судьбы. Давно хотел написать о ней, да все времени не хватает. Может, напишешь?”

Она была известным советским режиссером, театральным деятелем. В 1921-1936 годах Н.И.Сац работала директором и художественным руководителем Московского театра для детей. Этот театр она создала сама и была счастлива, когда ее поддержали и легендарный друг В.И.Ленина Глеб Кржижановский, и советский журналист Михаил Кольцов, и композитор Сергей Прокофьев, и даже гениальный режиссер Художественного театра Константин Станиславский. И, конечно же, муж Израиль Яковлевич Вейцер, в то время народный комиссар внутренней торговли Советского Союза. В своей книге “Новеллы моей жизни” Сац назвала его “и радостью, и горем”.
Несчастье пришло в ее семью в 1937 году, когда Вейцера арестовали как “врага народа”. А через некоторое время и на Сац завели дело как на члена семьи изменника Родины. В чем же была ее вина? Следователь сухо объяснил: “Вы не могли не знать о его преступлениях”.
Ее изолировали от общества на пять лет. Вначале она попала в сибирские лагеря, затем были Карлаг и Рыблаг (Волгострой).Однажды в Сиблаге она подошла к зеркалу и ужаснулась: черные волосы стали пепельными. Это совсем выбило ее из колеи, погрузило в мрак тоски и уныния. И, может, она долго еще пребывала бы в этом плачевном состоянии, если бы ее неожиданно не успокоил какой-то урка. Указав пальцем на седые волосы Натальи, он спросил:
- Под “вышкой” сидела?
- Нет.
- Какой срок имеешь?
- Пять лет.
Урка презрительно улыбнулся:
- Из-за этого седеть? Какие вы, интеллигенты, все хлюпики, мизерные!
И тут Сац впервые рассмеялась: урке дали все 15, и ни один волос у него не поседел. А она …Нет, надо взять себя в руки, бороться за свои светлые идеалы, за свое творческое счастье. И в лагере необходимо утверждать культуру, воспитывать в людях любовь к театру, драматургии!
Со временем она создает в Сиблаге маленькие драматические коллективы, ставит “Бесприданницу” Островского, увлекая за собой на сцену многих осужденных. О тех годах пишет: “Заключенные меня слушались, как маленькие. Несмотря на свое прошлое, они тянулись к культуре, театру, ценили спектакль, вдохнувший в них свежий ветер… Нам разрешили показывать “Бесприданницу” не только в нашем, но и в соседних лагерях. Я стала знаменита на весь Сиблаг”.
Но вот Сац попадает в мрачный Карлаг. Как сообщает в своей книге “Свидетельствую…” казахстанский писатель Владлен Берденников, ее держат в одной из самых страшных пересылок в стране - Карабасе, затем переводят в Акмолинский лагерь жен изменников Родины.
Об АЛЖИРе у Натальи Ильиничны Сац остались весьма неприятные воспоминания. В главе “Суровая полоса” она пишет: “Снова лагерь, но абсолютно иной. Теперь я попала в среду людей своего круга - жен ответственных работников… Они так же, как и я, жили верой, что все выяснится, в своей каждодневной работе доказывали, что высокое положение их мужей не убило в них выдержку, потребность труда на общую пользу”.
Но все они, по мнению Н.И.Сац, жили в бесконечных воспоминаниях и стонах. Никаких театров, художественной самодеятельности, песен и танцев, стихов они не признавали, хотя среди них было немало знаменитых киноактрис, певиц, балерин.
Через несколько месяцев Сац отправляют в Москву. Тогда она не думала, что судьба снова забросит ее когда-нибудь в Казахстан. Ее сердце билось под перестук колес: в Москву, в Москву! Сац надеялась, что ее освободят. Ведь она написала письмо самому Сталину! Но в Москве ее бросили в тюрьму, опять пошли допросы. Следователя - капитана НКВД интересовало только то, что так или иначе могло компрометировать ее мужа, близких, знакомых.
Следователь долго допрашивал Сац о ее связях с “врагом народа” журналистом Михаилом Кольцовым. Она познакомилась с ним во времена нэпа, когда организованный ею театр для детей вынужден был работать в одном здании “по совместительству с кино-люксом “Арс”. Киношники пытались вытеснить театр из здания. Сац бросилась в редакцию газеты “Правда” к Михаилу Кольцову. Вскоре в газете появился фельетон “Дети смеются”.
Слезы радости текли по щекам, когда она читала статью Кольцова, прославляющую детский театр. И теперь она должна дать на этого прекрасного журналиста, правдолюбца, любящего людей, скверный донос, облить его грязью?
Позже она узнала, что Михаил Кольцов в 1938 году был арестован, затем расстрелян. Сталин не любил знаменитого журналиста, который геройски сражался в Испании, отстаивал правду в СССР.
Ничего не добившись от Сац, сталинские вершители судеб отправляют ее по этапу. В грязных бараках Рыблага ей часто снится по ночам Синяя птица - символ счастья и мечты детей из пьесы-сказки Метерлинка. Как трудно найти эту птицу! Но тот, кто ее отыщет, обретет счастье не только для себя, но и для всего человечества. Музыку к этой пьесе в свое время написал ее отец - композитор Илья Сац. Эта музыка звучит в ее душе. Но стоит утром открыть глаза, вокруг шум, лязг, матерщина. Где же она, Синяя птица? Вспорхнула, растворившись в густом утреннем тумане за вышками постовых.
Но Наталья продолжает искать ее. Синяя птица для нее - это радость и удивление зрителей, их аплодисменты во время ее спектаклей, букеты, летящие к ее ногам.
В Рыблаге она создает великолепный музыкальный ансамбль, а затем новый по тем временам коллектив - “драмджаз под руководством Натальи Сац”. Только 21 августа 1942 года она обретает относительную свободу, но в Москву ее не пускают, оставляют на спецпоселении в городе Переборы около Рыбинска, где она работает режиссером центрального клуба. Затем отправляют в ссылку в Алма-Ату, разрешив взять с собой дочь.
Здесь, в столице Казахстана, Сац встречается и дружит с удивительными творческими людьми: главным режиссером Театра имени Моссовета Юрием Завадским, киноактрисой Верой Марецкой, балериной Галиной Улановой. Все они заняты любимым делом, перегружены так, что для себя времени не оставалось. Глядя на них, и Сац решила не отставать. И однажды она спросила у директора филармонии Жумина: бывают ли в Алма-Ате концерты для детей? Тот посмотрел с удивлением: “Нет, никогда не было!”
Значит, вперед! Сац взялась вначале за организацию воскресных утренников в филармонии, привлекла к концертам для детей таких знаменитых актеров, как Николай Черкасов, а затем создала первый в республике Театр юного зрителя. Ее сразу поддержали Мухтар Ауэзов, Куляш Байсеитова, Габит Мусрепов. Под новый театр правительство Казахстана выделяет просторный кинотеатр “Алатау”.
Сац прожила большую, полную творческих исканий жизнь. Конечно, Наталья Ильинична была реабилитирована, возвращена в Москву. Там она настояла на необходимости создания в Москве стационарного Детского музыкального театра. Идею поддерживает вся интеллигенция столицы. И Синяя птица удачи стучится в двери жизни Сац. Ее поддерживает Министерство культуры. В 1965 году она открывает в Москве Государственный музыкальный театр для детей, пока, увы, в старом помещении театра кукол. Но одновременно в Москве началось сооружение нового величественного здания под театр Сац.
Наталья Ильинична часто бывает на стройке. Для нее шум подъемных кранов, машин, работающих на возведении театра, “слаще, чем звуки Моцарта”. Здесь, на стройке, ее поздравляют с Государственной премией СССР, присвоением звания народной артистки СССР.
Ей посчастливилось увидеть наяву свою мечту - на ее глазах над куполом театра взмыла бронзовая Синяя птица.

Валерий МОГИЛЬНИЦКИЙ