После тяжелых девяностых Карагандинская область вступила в новое тысячелетие с осторожным оптимизмом. Экономический кризис постепенно оставался позади, предприятия возвращались к стабильной работе, в города приходили инвестиции, а промышленность вновь становилась главной движущей силой развития региона.
Вместе с жизнью менялась и «Индустриальная Караганда». На страницах газеты все чаще появлялись не только материалы о проблемах, но и новости о запуске новых производств, модернизации заводов, строительстве жилья, развитии малого бизнеса и первых признаках экономического роста.
Время больших перемен
Если в конце девяностых главными словами были «кризис», «долги» и «бартер», то уже через несколько лет газетные полосы все чаще рассказывали о реконструкции предприятий, новых технологиях, росте объемов производства и перспективах развития. Конечно, проблем оставалось немало, однако настроение публикаций постепенно менялось. Вместо вопроса «Как выжить?» все чаще звучал другой: «Как развиваться дальше?»
Одновременно менялся и сам читатель. В области появлялось все больше предпринимателей, владельцев небольших магазинов, сервисных компаний, строительных фирм. Газета все активнее публиковала экономические обзоры, рассказывала о новых законах, налогах, кредитовании бизнеса и банковских услугах. Материалы становились более практичными и прикладными.
Главной промышленной темой начала нового тысячелетия оставался металлургический комбинат в Темиртау. После прихода иностранного инвестора предприятие продолжало масштабную модернизацию. В начале 2000-х вводились новые производственные мощности, обновлялись линии оцинкования, совершенствовалось прокатное производство. В декабре 2004 года предприятие получило новое название – Mittal Steel Temirtau, а уже в 2005 году были введены в эксплуатацию первая машина непрерывного литья заготовок и современная линия нанесения полимерных покрытий. Эти проекты стали одними из крупнейших технологических обновлений комбината за многие годы.
Подобные события неизменно находили отражение на страницах «Индустриальной Караганды». Для региона это были не просто новости одного предприятия. От стабильной работы металлургического гиганта зависели тысячи рабочих мест, деятельность подрядных организаций, транспортных предприятий и угольных шахт.
Вместе с производственными успехами газета продолжала поднимать вопросы промышленной безопасности и экологии. Несмотря на модернизацию, жители Темиртау по-прежнему сталкивались с загрязнением воздуха, поэтому темы реконструкции очистных сооружений и снижения выбросов регулярно попадали в информационную повестку.
Вообще, по мере того как область постепенно выходила из кризиса и промышленность вновь набирала обороты, на страницах газеты все чаще стали появляться публикации об экологии. «Индустриалка» рассказывала о состоянии окружающей среды, работе природоохранных служб и результатах экологического контроля. В одной из публикаций отмечалось, что экологическая обстановка в области постепенно улучшается: фиксируется снижение объемов вредных выбросов в атмосферу, ликвидируются устаревшие котельные с малоэффективными котлами, предприятия начинают внедрять природоохранные мероприятия.
Вместе с тем контролирующие органы подчеркивали, что говорить о полном благополучии еще рано. Нарушителей природоохранного законодательства по-прежнему было немало. Только за один год на предприятия были наложены штрафы на сотни тысяч теңге, ряд материалов был передан в природоохранную прокуратуру, а в отдельных случаях принимались жесткие меры вплоть до приостановки работы технологического оборудования. Для начала 2000-х это было показательно: регион, десятилетиями живший исключительно промышленностью, постепенно учился искать баланс между развитием производства и заботой об окружающей среде.
Города возвращаются к жизни
Начало двухтысячных стало временем постепенной стабилизации и для угольной отрасли. Если еще несколько лет назад газета рассказывала главным образом о задержках зарплаты, забастовках и закрытии шахт, то теперь все чаще речь шла об увеличении добычи, техническом перевооружении предприятий и повышении уровня промышленной безопасности. Особое внимание уделялось шахтам Шахтинска, Абая и других городов Карагандинского угольного бассейна. Издание подробно рассказывало о работе горняков, публиковало интервью с руководителями предприятий, материалы о производственных достижениях и внедрении современных технологий.
Продолжалась и масштабная модернизация медеплавильного производства корпорации «Казахмыс» в Балхаше. Развивалась сырьевая база компании, открывались новые производственные объекты, расширялись действующие рудники. Газета рассказывала не только о производстве меди, но и о жизни города, строительстве социальных объектов, развитии коммунальной инфраструктуры и работе градообразующего предприятия.
Заметные перемены происходили и в самом областном центре. Начало двухтысячных стало временем постепенного строительного оживления. После нескольких лет практически полного отсутствия новых объектов в городе вновь начали появляться жилые дома, коммерческие здания, офисы банков, магазины и торговые комплексы. Газетные полосы все чаще рассказывали о ремонте дорог, благоустройстве дворов, реконструкции инженерных сетей, подготовке школ и больниц к новому учебному году и отопительному сезону.
Постепенно менялась и городская торговля. Вместо многочисленных стихийных рынков открывались современные магазины, расширялась сеть супермаркетов, развивались предприятия общественного питания. Караганда становилась более современной, а экономика – более разнообразной.
Для Сарани начало нового тысячелетия стало временем поиска собственного пути развития. Город переживал непростой период. Одни предприятия сокращали объемы производства, другие искали инвесторов, третьи пытались сохранить коллективы. Именно поэтому на страницах «Индустриальной Караганды» регулярно обсуждались вопросы создания новых рабочих мест, поддержки малого бизнеса и привлечения частных инвестиций.
Все чаще героями публикаций становились уже не только директора крупных заводов, но и владельцы небольших предприятий, предприниматели, фермеры, руководители частных производств.
В Шахтинске главной темой по-прежнему оставались шахты. Однако теперь журналисты значительно чаще рассказывали о производственных успехах коллективов, новых технологиях добычи угля и вопросах промышленной безопасности. Большое внимание уделялось обновлению шахтного оборудования. На предприятия поступала современная техника, внедрялись новые механизированные комплексы, совершенствовались системы вентиляции и дегазации.
Для Шахана начало двухтысячных нельзя назвать временем стремительного развития. Однако именно в этот период поселок постепенно приспосабливался к новым экономическим условиям. На страницах газеты регулярно поднимались вопросы теплоснабжения, работы коммунальных служб, состояния жилого фонда, обеспечения населения водой и подготовки к отопительным сезонам.
Не оставалась без внимания и социальная сфера. Газета рассказывала о работе школ, библиотек, домов культуры, медицинских учреждений. Несмотря на все сложности, жизнь продолжалась, а местные жители своими силами старались сохранять привычный уклад.
Конечно, проблем хватало. Многие предприятия еще только восстанавливались после непростых девяностых, коммунальное хозяйство требовало огромных вложений, а изношенная инфраструктура постоянно напоминала о себе авариями. Однако общий настрой публикаций уже был совершенно другим.
Когда Интернет был новостью
Запомнилось начало двухтысячных и настоящей технологической революцией. В газетных подшивках все чаще встречаются публикации о мобильной связи. Если еще несколько лет назад сотовый телефон считался роскошью, то теперь операторы активно расширяли сеть, а сами аппараты постепенно становились доступнее. Не меньший интерес вызывал Интернет. Сегодня трудно представить жизнь без Всемирной паутины, однако в начале нового века само слово «интернет» для многих еще звучало необычно. В Караганде открывались первые интернет-клубы и интернет-кафе, предприятия подключали электронную почту, государственные учреждения начинали использовать новые средства связи.
Газета рассказывала об этих новинках с неподдельным интересом. Еще недавно жители области учились пользоваться пейджерами, а теперь уже обсуждали электронные письма, сайты и возможности глобальной сети.
Еще одной особенностью нулевых стало стремительное развитие малого предпринимательства. Газетные полосы буквально заполняли объявления новых фирм. Рекламировались мебельные салоны, компьютерные магазины, туристические агентства, строительные организации, юридические консультации, частные медицинские центры, стоматологические кабинеты, языковые курсы и образовательные центры.
Если в середине девяностых большая часть рекламы была посвящена приватизации, обмену товаров или поиску инвесторов, то теперь она все больше напоминала современную. Предприятия конкурировали между собой, рассказывали о скидках, новых услугах и качестве обслуживания.
Менялся даже язык рекламы. Все чаще встречались слова, которые еще несколько лет назад были непривычны: «маркетинг», «дилер», «офис», «менеджер» и так далее.
Появились и новые тематические рубрики. Одной из них стала «Любопытно», где публиковались необычные научные факты, медицинские рекомендации и материалы о повседневной жизни. Так, под заголовком «Дети плачут столько, сколько им положено» газета рассказала читателям, почему младенцы плачут, как родителям правильно реагировать на детские слезы и что советуют по этому поводу врачи и специалисты по педиатрии. Особенно примечательно, что в конце публикации была сделана пометка: «Подготовлено по материалам газеты The New York Times». Эта небольшая деталь дает понять, что «Индустриальная Караганда» уже не ограничивалась региональной и республиканской повесткой, а знакомила читателей с зарубежными публикациями, перенимая международный опыт и лучшие журналистские материалы. Для многих читателей именно через страницы «Индустриалки» открывался взгляд на мировую прессу и современные подходы к воспитанию детей, медицине и науке.
Не секрет, что начало 2000-х оставалось временем, когда рынок труда еще только формировался, а вместе с ним появлялись весьма необычные объявления о вакансиях. Одно из них предлагало работу в рамках неких «психологических исследований» под названием «Пути поколения». Для участия приглашались интервьюеры с гуманитарным образованием – учителя, юристы, журналисты, а также все, кто обладал коммуникабельностью и, что любопытно, привлекательной внешностью. Среди требований указывался возраст от 20 лет, обещалась работа по месту жительства, возможность совмещать ее с основной деятельностью и оплата наличными. Однако на этом конкретика заканчивалась: ни название должности, ни обязанности, ни цель проекта в объявлении не раскрывались. Были указаны лишь адрес и телефон. Сегодня подобная публикация наверняка вызвала бы немало вопросов, однако в начале нового тысячелетия подобные объявления нередко встречались на страницах газет, отражая то, что требования к открытости работодателей были гораздо мягче.
В объявлениях — история
Еще одна любопытная находка из архивных подшивок переносит читателя в район ЖБИ, где тогда работал Дом культуры шахты имени 60-летия Октябрьской революции. В одном из номеров газета опубликовала объявление о наборе специалистов для работы в кружках. Здесь искали преподавателей немецкого языка, игры на баяне, а также руководителей курсов кройки и шитья, вязания, макраме. Не менее интересна и другая деталь объявления – его составители заботливо указали, как добраться до Дома культуры: автобусами №№ 5, 23, 37 и 55. И если первые маршруты со временем изменились или исчезли, то автобусы № 37 и 55 спустя четверть века по-прежнему ходят в этот район Караганды.
На первый взгляд – обычное объявление. Но сегодня его можно назвать настоящим историческим документом. Дом культуры шахты имени 60-летия Октябрьской революции уже не найти ни на карте Караганды, ни в списке действующих учреждений культуры. Вместе с угасанием советской системы соцкультбыта постепенно исчез и один из главных общественных центров района ЖБИ. После распада СССР многие ведомственные объекты остались без прежнего финансирования: предприятия уже не могли содержать дома культуры, профилактории, базы отдыха и детские сады.
Такая судьба постигла и этот ДК. Точная дата его закрытия и демонтажа документально не установлена, однако старожилы района до сих пор вспоминают связанную с ним историю, давно ставшую городской легендой. По их словам, в начале 2000-х здание разобрали буквально по кирпичу, а строительный материал якобы отправили в Астану, где в те годы развернулась грандиозная стройка новой столицы. Однако доказательств этой версии не существует, поэтому она остается лишь частью местного фольклора.
Несмотря на то что начало 2000-х принято считать временем экономического подъема, последствия кризисных девяностых еще долго ощущались в повседневной жизни. Многие жители области по-прежнему рассматривали возможность переезда в другие города и страны. Это хорошо видно по объявлениям о размене квартир, которые регулярно публиковала «Индустриальная Караганда». География таких предложений впечатляет: карагандинцы искали варианты обмена не только внутри Казахстана, но и далеко за его пределами. Так, например, владельцы четырехкомнатной квартиры на Юго-Востоке предлагали обмен на трех- или четырехкомнатную квартиру в городе Радужном Тюменской области. И хотя массовый отток населения по сравнению с серединой девяностых постепенно сокращался, миграционные настроения все еще имели место.
При этом сами объявления невольно отражали негласную карту городской репутации. Нередко встречалась приписка: «Майкудук и Пришахтинск не предлагать». Эти районы, сильнее других ощутившие кризис 1990-х, еще сохраняли славу неблагополучных с изношенным жилым фондом и сложной социальной обстановкой.
Первые пять лет нового тысячелетия стали для Карагандинской области временем возвращения уверенности. Промышленность вновь становилась локомотивом экономики, города постепенно меняли свой облик, на смену разговорам о выживании приходили планы развития. Но самые масштабные перемены были еще впереди. О том, как Карагандинская область переживала период бурного экономического роста, осваивала новые производства, готовилась к мировому кризису 2008 года и встречала свое 75-летие, расскажем в следующем выпуске юбилейного проекта.
Наталья ФОМИНА
Фоторепродукции автора
