31 мая в Казахстане ежегодно вспоминают жертв политических репрессий и массового голода 30-х годов XX века.
Согласно официальным данным, с 1921-го по 1954 год в республике было осуждено 100 тысяч человек, к 25 тысячам из них была применена высшая мера наказания – расстрел. Также в Казахстан были сосланы и депортированы миллионы жителей других советских республик.
Только в 1993 году в стране был принят Закон «О реабилитации жертв массовых политических репрессий». И тогда незаслуженно осужденные, вынужденные переселенцы и их потомки получили статус реабилитированных. Попала в этот список жительница Приозерска Лилия Кобаль.
В 1936 году ее бабушка Елена Павловна Брухляковская, полька по национальности, жила в селе в Украине. Семья владела небольшим хозяйством, были трактор и помощники. Но власть посчитала это чрезмерным.
– Бабушку раскулачили в 1936 году. У нее тогда было шестеро детей. Мама моя была младшая. И бабушку вместе с моей мамой выслали на север Казахстана. Старших детей она каким-то образом смогла оставить. Чтобы спасти их, говорят, сменили фамилию. А что стало с дедушкой, я не знаю, – вспоминает Лилия Николаевна.
Матери нашей героини Марии Файзулиной тогда было 17 лет. Молодая девушка вместе со своей пожилой матерью, которой на тот момент было 62 года, попадает зимой в чужие края. Трудно даже представить, что они тогда пережили.
– Их отправили в колхоз «Новый быт» Кокчетавской области. С собой не было ничего, только Библия и крест – бабушка верующая была. Мама рассказывала: кругом была голая степь, и они рыли землянки в замерзшей земле. Когда я родилась, мы так и жили в землянках, – говорит Лилия Кобаль.
Но на этом черная полоса не закончилась. В 1938 году бабушку Лилии Николаевны арестовали.
– 7 июля приехала машина, и бабушку увезли. Больше мы ее не видели. Никто ничего тогда не объяснял. В бумагах написано сейчас, что за шпионаж. В октябре ее расстреляли как врага народа, – вспоминает женщина.
С тех пор в семье не поднимали эту тему. Не говорили о прежней жизни, не обсуждали судьбы погибших родственников. Мама Лилии Николаевны спустя годы ездила в Украину к братьям и сестрам. Елену Брухляковскую посмертно реабилитировали 19 апреля 1990 года. Этот статус получили и ее родные. Из семерых детей ее дочери Марии Файзулиной официально реабилитированными стали двое. С 2003 года в Казахстане эта категория граждан получает единовременные денежные выплаты.
– Раньше как-то не говорили об этом, не было внимания к этой трагедии. Я как оформила документы, ежемесячно получаю доплату к пенсии, выплаты к Дню памяти жертв политических репрессий. Домой приходят, поздравляют. Большое спасибо за это. Но при этом очень расстраивает, конечно, что мои мама и бабушка не увидели такого внимания, тяжело и обидно за них, за то, что они пережили, – говорит Лилия Николаевна.
Долгие годы женщина жила там, куда переселили ее семью. Новое место стало родным домом для нескольких поколений. Сейчас Лилия Кобаль живет в Приозерске. Из братьев и сестер не осталось почти никого, не с кем перелистать печальные страницы истории семьи. В последние годы, отмечает женщина, молодое поколение все больше проявляет внимание к событиям того страшного времени. И старшие передают свои воспоминания, чтобы их предков помнили и чтили.
Виктория БУХАНЦЕВА
Фото из архива
Лилии Кобаль
г. Приозерск
