Их задача — стирать белые пятна с исторической карты.
Если раньше основным орудием труда археологов были лопата и кисточка, то сегодня в их арсенале — высокоточные приборы и методы, позволяющие понять, как и чем жили люди тысячелетия назад.
Фото the-steppe.com
С обретением независимости в обществе пробудился интерес к собственной истории. Важная роль в сохранении культурного наследия отводится археологии, которая в нашей стране начала формироваться еще в дореволюционные времена. О том, какой была наука в 90-е годы прошлого века и как изменилась за прошедшие 30 лет, рассказал старший преподаватель кафедры археологии и этнологии исторического факультета Карагандинского университета им. академика Е.А. Букетова, директор ТОО «Археологические исследования» Ерлан Амиров.
Итак, если говорить об актуализации исторического знания, необходимо отметить, что в 1991 году из Института истории, археологии и этнографии им. Ч.Ч. Валиханова был выделен Институт археологии им. А.Х. Маргулана. То есть уже тогда было понимание необходимости восстановления культурного наследия предков. Но, с другой стороны, отмечает собеседник «Индустриалки», тогда исследователи испытывали серьезные проблемы с финансированием. Однако, будучи энтузиастами своего дела, ученые смогли выстоять, оставшись верными своим идеям. И дождались часа икс. Переломным моментом стал 2003 год, когда в Послании народу Казахстана «Основные направления внутренней и внешней политики на 2004 год» Елбасы поручил разработать и начать реализацию специальной среднесрочной программы «Культурное наследие», одной из целей которой являлось обеспечение воссоздания значительных историко-культурных и архитектурных памятников, имеющих особое значение для национальной истории.
— Вот тогда у нас и открылось второе дыхание. Археологи получили возможность масштабно развернуть исследовательские работы. Были заложены многие структурные основы современной науки. Программа, став катализатором активности, позволила привлечь новых молодых специалистов, получить новый материал, открыть новые горизонты. Со временем «Культурное наследие» выполнило свои задачи, укрепив науку и придав ей новый статус, — подчеркнул Е. Амиров.
Фото the-steppe.com
Следующим витком стала система грантового финансирования Министерства образования и науки РК, которая успешно функционирует по сегодняшний день.
— Мы перешли к новому формату. Требовалось научиться грамотно, в соответствии с мировыми стандартами, обосновывать цели и задачи своего исследования. Большое внимание уделялось интеграции в международное интеллектуальное пространство, — продолжил он.
Изменилась и оценка проводимой работы. Сегодня маркером результативности ученых являются публикации в международных рейтинговых журналах. Как показывает индекс Хирша, карагандинских археологов знают далеко за пределами Казахстана. Статьи Виктора Варфоломеева, Валерия Ломана и Игоря Кукушкина цитируют, на них ссылаются, а это, отметил Ерлан Шарефович, и есть реальный и осязаемый показатель.
Сегодня уже недостаточно раскопать могилу или жилище и методом сравнительного анализа сказать, в какую эпоху жил человек. Методы датирования и способы изучения шагнули далеко вперед, и теперь в исследовании прошлого задействован огромный спектр дисциплин.
В качестве примера Ерлан Амиров привел раскопки могильника Каратума (Алматинская область). Методом сравнительного анализа его датировали VI-III веками до нашей эры. А детальные пробы почвы, металла, текстиля, костных останков позволили восстановить совокупную картину, определив, когда было совершено захоронение. Так, радиоуглеродный анализ дает возможность с высокой степенью точности установить момент смерти человека. Споро-пыльцевой «рассказывает» о том, какие растения росли в тот период. В свою очередь флора является показателем климата. Металлография знакомит с культурными традициями обработки металла и характеристиками сплавов. Вкупе все это дает общую картину жизни того населения, которое оставило могильник.
Фото gov.kz
— Наша наука все меньше становится гуманитарной и превращается в конгломерат естественно-научных методов, которые позволяют реконструировать культуры древних эпох. Их великое множество. Современный археолог не может объять необъятное. Но он должен обладать компетенциями, которые позволят ему поставить задачу перед специалистом узкого профиля. К примеру, сферой научных интересов одних являются остатки жиров в керамике и выявление их природной структуры. Другие изучают исключительно мелкий рогатый скот. Иными словами, комплексность является залогом успеха и позволяет стирать белые пятна с карты истории, — объяснил старший преподаватель.
Изменился и набор инструментов полевых экспедиций. Это раньше считалось, что археология — история с лопатой. Самое первое и важное — правильно позиционировать объект. В прежние времена для этого использовался глазомерный план с примерными координатами: в 300 метрах от берега реки, в двух километрах от села N-ска. Если этот документ составлялся несколько десятилетий назад, то сложно найти искомое место. Сейчас для определения точных координат памятников применяется GPS-навигация, для привязки к геодезическим знакам — теодолит.
Но как понять, достоин тот или иной участок внимания? Тут на помощь приходят геофизики. Например, рассказал Ерлан Шарефович, во время работы на поселении Аккезен применялась электроразведка:
— Этот метод выявляет аномалии под землей. Степь — нетронутый грунт. Но если здесь хоть раз ступала нога человека (копал ли он могилу, строил ли жилье, разжигал ли костер), то остается след, так называемая аномалия, доступная высокочувствительным приборам.
Непосредственно при проведении раскопок памятников для фиксации всех находок наряду с традиционными методами (миллиметровая бумага и карандаш) используется аэрофотосъемка. Беспилотники в целом давно стали обычной частью работы археологов. Так же как и фотоаппараты с высокой точностью и хорошей разрешающей способностью.
— Мы должны многое уметь. Инструментарий расширяется исходя из поставленных перед нами задач, — объяснил Е. Амиров.
Задач много, но цель одна — реконструкция древних обществ с последующим отслеживанием закономерностей. И тогда история наделяется прогностической функцией — знания о прошлом позволят человечеству избежать ошибок в будущем.
— Это большой идеологический пласт. Если мы не напишем свою историю, то за нас это сделают другие. Она не будет лживой. Но будет другой, — резюмировал исследователь.
Асель ЖЕТПИСБАЕВА
