ДомойБез рубрикиОт Тобольска до Каркаралы

От Тобольска до Каркаралы

На один месяц безлюдная долина Талды превращалась в настоящий Вавилон

Сейчас о былом величии Кояндинско-Ботовской ярмарки напоминают лишь развалины. А во второй половине XIX — начале ХХ веков торжище играло важную роль не только в социально-экономической жизни Степи, но и в политической. Вопрос его официального признания решался на самом высоком уровне.

Комоним Коянды знаком с раннего детства. Наши корни берут начало в Каркаралинске, от которого село отделяет чуть более 50 километров. Его название нередко звучало в разговорах родителей, так как там жили родственники. Но в силу возраста эта информация надолго не задерживалась в голове. И лишь в зрелом возрасте пришло осознание, что Коянды — не просто точка на карте, а огромной пласт истории Казахстана, который не должен кануть в Лету.

По следам экспедиций

Ученые, как казахстанские, так и российские, и краеведы неизменно ассоциируют Коянды со знаменитой ярмаркой, название которой неразрывно связано с именем тобольского купца Варнавы Ботова. Она была не только одним из крупнейших мест торговли в степном регионе, но и своеобразным центром культуры.

Само собой разумеется, что исходным пунктом торговли был Каркаралинск — самый старый город в нашей области. Основанный в 1824 году как казачье укрепление Российской империи, он в 1869 году получил статус уездного города.

Одним из наиболее ярких упоминаний города является Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона, где говорится, что он расположен в 4 032 верстах от Петербурга. Согласно приведенным здесь данным, в 1890 году численность его населения составляла 2 682 человека — 1 407 мужчин, 1 275 женщин: «…было дворян 188, духовных 14, купц. и поч. гр. 72, мещан 218, крест. 87, ниж. воинских чинов 187, казаков 438, киргизов 1344; правосл. 926, магом. 1742, проч. исповеданий 14». На тот момент город и расположенная рядом одноименная станица имели общую полицию, но в хозяйственном отношении составляют две особые единицы. В городе имелись мечеть, церковь, приходское училище, которые содержались за счет казны, интернат для мальчиков, существовавший за общественный счет, женская школа и военный лазарет.

Опустим справку в части описания природного ландшафта, климатических условий, полезных ископаемых, флоры и фауны, так как речь идет о ярмарке.

Как отмечалось в энциклопедии, ввиду крайней разбросанности кочевий киргизов большая часть торговых оборотов с кочевниками происходила в их аулах, куда «каркаралинские купцы высылают транспорты товаров. Предметом мены служат, с одной стороны, скот и продукты скотоводства — кожи, волос, шерсть, овчины, с другой — хлеб, мануфактурные и разного рода обработанные товары, которых привозится ежегодно в К. на сумму до 300000 рублей. Базары ежедневно, но бойкий торг — лишь с октября по январь. Киргизы приобретают товары в К. и особенно на Ботовской ярмарке, происходящей с 15 мая по 15 июня в степи, в 50 в. от К. Сюда съезжаются киргизы Семипалатинской и Семиреченской обл.; последние пригоняют скот, главным образом баранов. По сведениям за 1879 г., оборот ярмарки простирался до 1448460 руб.»

Большого внимания заслуживает еще один исторический источник — «Россiя. Полное географическое описанiе нашего отечества. Настольная и дорожная книга для русскихъ людей». Это солидное издание вышло в свет в 1903 году под общим руководством Вениамина Семенова-Тян-Шанского, который на тот момент занимал пост вице-председателя Императорского Русского географического общества и академика, председателя Отделения этнографии этого же общества Владимира Ивановича Ламанского.

Речь идет о 18-м томе «Киргизский край», в числе составителей которого указан Алихан Букейханов. Здесь подчеркивается, что в Семипалатинской области первое место занимала Ботовская («Куяндинская») ярмарка в Каркаралинском уезде, оборот которой достигал в 1900 году 1,644 тысячи рублей: «Изъ нихъ произведеній степи оборачивалось на 995 тыс. руб.; остальная же сумма приходилась на фабрично-заводские изделия». Далее говорится о том, что Акмолинская, Тургайская и Уральская области, прилегающие с одной стороны к населенным частям русских губерний, а с другой — к среднеазиатским степям, являлись передаточными пунктами для степных и фабрично-заводских товаров и в то же время представляли значительный фонд сырых продуктов и скота. Они были организованы таким образом, чтобы скот, движущийся из глуби южных степей, не миновал их: «Движение скота начинается с Чарской ярмарки (Семипалатинкой обл.); отсюда купленный скот идет на Омск, непроданный же гонится в Куянды (Ботовская ярмарка), куда пригоняется, кроме местного, еще и семиреченский скот. Отсюда скот гонится на Акмолинскую и Атбасарскую ярмарки, где распродается непроданный на первых ярмарках».

Далее одна часть живого товара уходила в Тургайскую область, вторая — на Петропавловск и на станцию Звериноголовская (Курганская область Российской Федерации. — Прим. автора), а оттуда по железной дороге все виды мяса, кожи и другое сырье доставлялись в европейскую Россию. Рынками сбыта для мяса главным образом служили Москва и Петербург, кожи — Владимирская область, Ревель и Либава (Прибалтийский регион), кишки вывозились преимущественно в Берлин.

«Учесть стоимость вывозимых произведений степи, при отсутствии статистических данных, невозможно, но нужно думать, что она выразится суммой в несколько десятков миллионов рублей», — подчеркивается в «Полном географическом описании».

Ехал на ярмарку ухарь-купец

Проведение ежегодных торжищ в казахской степи имело большое значение для России. Торговля в целом играла важную роль в решении внутренних экономических и политических вопросов. Как отмечается в хрестоматии Р. Ахмедова и К. Адамболсынова, в XVII и начале XVIII века из-за постоянных набегов, которые приводили к разрушению крупных городов и базаров, в Казахстане торговля развивалась плохо. И лишь со второй половины XVIII в. после присоединения к царской империи ситуация в корне переменилась.

Согласно Положению Комитета Министров от 10 февраля 1842 года своевременное проведение ярмарок вменялось в обязанность местным властям. Гражданский губернатор учреждал особый комитет, состоящий из городничего, уездного судьи, городского старосты и губернатора словесного судьи. Вырученные средства за помещения причислялись к городским доходам, а материалы ярмарочных помещений хранили вместе с городским имуществом. Для участников ярмарки устанавливался четкий порядок — купцы должны были пройти своевременную регистрацию в комитете, иметь специальные разрешения и прочее.

Не стал исключением и Каркаралинский уезд. Как уже говорилось выше, ярмарка неразрывно связана с купцом Варнавой Ботовым. А начиналось все с его отца — Серафима. Зажиточный металлург из Ялуторовской слободы Тобольской губернии служил у богатейших русских предпринимателей Демидовых. Став приказчиком, Ботов-старший накопил солидный капитал и подался в купцы. В 1814 году он отправился в казахские степи с обозами. В окрестностях будущего Каркаралинска купец совершил удачную сделку, обменяв свой товар на упитанных баранов и лошадей, которых удачно сбыл на Урале и в Москве.

Варнава пошел по стопам отца. Как гласит история, весной 1848 года он выехал из Урумчи с десятью подводами. Его путь в родной Тобольск пролегал через Кульджу, Аягуз, Каркаралинск, Акмолинск, Кокшетау и Петропавловск.

15 мая Ботов, достигнув долины реки Талды, сделал привал в 50 километрах от станицы Каркаралинск. Продолжить путь купцу не позволила предпринимательская жилка — ознакомившись с местностью, он понял, что она идеально подходит для торговли с местным населением. Весь китайский товар, закупленный в Поднебесной, он буквально за неделю удачно обменял на скот.

Уже на следующий год число покупателей значительно увеличилось. И если сначала это был местный люд, то впоследствии к ним присоединились жители всей Сарыарки. А благодаря людской молве слава распространилась на Урале, в Сибири, Средней Азии и Западном Китае.

Рубль к рублю

Дальше — больше. Открываем «Памятную книжку Семипалатинской области на 1897 год». Здесь называются главные факторы, послужившие развитию «Куяндинского торга». Это  развитие поблизости горной промышленности, открытие Александровского серебро-плавильного в 1849 году, Богославского в 1857-м, Спасского медеплавильного в 1861-м заводов, а также содействие правительства. Так, в 1851 году были разрешены беспошлинный ввоз хлеба в киргизские степи через Западно-Сибирскую таможню, беспошлинная торговля разными товарами на китайской границе и в монгольских улусах: «Так что, несмотря на сильный упадок скота у киргизов в 1855 и 1862 гг. и на часто совершаемые тогда грабежи и угон скота киргизами, подвластными Кокану, обороты Куяндинского торга росли и к 1869 году достигали почтенной цифры свыше полмиллиона».

Здесь читаем, что в 1869 году местная администрация в лице исполняющего делами Каркаралинского уездного начальника, Артиллерии штабс-капитана Тихонова и Военного губернатора Семипалатинской области Генерального штаба, генерал-майора Полторацкого ходатайствовали о признании торга официальной ярмаркой. Совет Главного управления Западной Сибири в сентябре того же года определил: учредить в урочище Коянды на реке Талды в 50 верстах от Каркаралинска ежегодную ярмарку на срок с 15 мая по 15 июня, наименовав ее в честь первого ее учредителя Ботовской.

Она расположилась в долине, окаймленной невысокими горами Токпан, протяженностью 11 верст, шириной — 5, что составило 55 квадратных верст (верста — 1066,8 метра). Долина, весной изобилующая богатыми травами, издревле была облюбована нашими предками для весенних кочевий. Как правило, отощавший за зиму скот выпасался здесь три недели. А так как это совпадало с временем проведения ярмарки, то в 1871 году Генерал-губернатор Западной Сибири издал распоряжение об отчуждении этого земельного участка «из пользования киргиз».

Согласно «Памятной книжке Семипалатинской области на 1897 год» застройка площади торговыми помещениями началась в 1872 году и проводилась без надзора и системы. Но каков был размах! Судите сами. Если в 1876 году торговля осуществлялась в 16 бараках и 120 юртах, огороженных дворами, то уже через три года насчитывалось уже 70 бараков и 170 юрт, в 1883-м — 100 бараков и 205 юрт. К концу десятилетия в долине размещалось 276 строений, в том числе одна часовня-церковь, 199 торговых, 42 жилых помещения и 702 юрты. К числу более или менее долговечных относились 30-35 магазинов и лавок. Это магазин павлодарского купца Дерова, омской купчихи Комьзиной, омских купеческих братьев Волковых, тюкалинского купца Афонина, петропавловских братьев Акчуриных. Капитальными помещениями обзавелись каркаралинский купец Халиулла Бекметов. Также здесь располагались Кояндинская почтовая станция и Почтово-телеграфное отделение, Семипалатинское отделение Государственного банка, дом мирового судьи с камерой и барак уездного начальника.

Остальные строения представляли собой землянки из сырцового кирпича или глинистого чернозема. А администрация ярмарки, большая часть торговцев, приказчики и прочие занимали юрты, которые предоставляли в аренду казахи соседней Аксаринской волости.

Налетай, не скупись

Наверное, у каждого, кто впервые приезжал на ярмарку, глаза разбегались от изобилия товаров. Здесь в обмен на скот можно было приобрести все, что душе угодно. Это шелковая материя, шелк-сырец, ковры, чай и сахар, сундуки, изделия из чугуна, меди, железа, кожи, посуда, галантерея, крестьянские деревянные и лубочные изделия, мука и многое другое.

К сожалению, как и во все времена, в выигрыше оставались продавцы, скупая у степняков, имеющих приблизительное представление об истинной стоимости товаров, тучный скот. В одном из источников удалось найти информацию, что эквивалентом стоимости служил двухлетний барашек. Он оценивался в 2 рубля серебром. При этом курс из года в год менялся — зависел от урожая пшеницы и степени спроса. И деньги здесь крутились немалые. Спустя полвека после ее основания авторы «Полного географического описания» отмечали: «Примеру Ботова последовали и другие купцы, и в настоящее время Куяндинская ярмарка является местом самого значительного по своим размерам обмена азиатских и европейских товаров. В 1899 году было продано, по официальным данным, разных товаров на 1 731 700 рублей. Ежегодно в указанное время Талдинская долина, безлюдная и молчаливая до того, оглашается шумом тысячеголосой толпы, представляющей из себя в буквальном смысле «смесь одежды и лиц, племен, наречий, состояний», кишит огромными табунами лошадей, верблюдов и баранов. Кругом шум, гам, беспрерывное движение, несмотря на изнуряющий зной и духоту июньского дня. В двух главных рядах, образующих собой длинную широкую улицу, помещаются мануфактурные, чайные и прочие магазины, лавки со скобяным товаром, временными отделениями транспортных контор и т.д. Тут же стоит небольшая часовня, в которой по праздникам совершается служба».

На соседних рядах размещались ташкентцы, торгующие тканями, ковровыми изделиями и сухофруктами, склад швейных машин Зингера, которые получили широкое распространение в степи, мечеть, кумысники, торговцы хлебом, баня и прочее.

Кроме того, Кояндинская ярмарка была средоточием всего административного управления Каркаралинского уезда. На этот месяц сюда съезжались различные должностные лица пяти ближайших волостей для проведения съездов биев, решения различных важных исковых дел и земельных споров, сборов налогов и пр.

 (Продолжение следует)

Асель ЖЕТПИСБАЕВА

Похожие статьи

Лента новостей