27 сентября 2018 года 815

Где бежим, а где ползем

Автор: Беседовала Наталья ПРУС

Девятилетняя Мадина приехала на психолого-медико-педагогическую консультацию из Осакаровского района с папой. В июне врачи нашли у ребенка неизлечимое заболевание, и родители решили перевести ее из школы-интерната для детей с нарушением зрения, расположенной в Караганде, в школу, расположенную рядом с домом. По закону об образовании сегодня каждый ребенок может обучаться по месту жительства. Правда, в этом случае, уверяют специалисты ПМПК, он не всегда получит необходимую коррекционную поддержку. Областная ПМПК №2 в городе Темиртау была открыта приказом главы региона в октябре 2016 года в связи с острой необходимостью в данных учреждениях. В декабре начался ремонт в помещении бывших мастерских специальной школы-интерната для детей с тяжелым нарушением речи, и после реконструкции, в апреле 2017 года, прошел первый прием. 

Специалисты, а это психиатр, педагог-психолог, педагог-дефектолог, учитель-логопед, сурдопедагог, офтальмолог и невропатолог, постарались создать комфортные условия для каждого ребенка. Через адаптированное зеркало Гезелла психиатр может наблюдать за маленьким гостем, не мешая ему. Поэтому дети ведут себя естественно, и педагогическая ситуация оценивается правильно. В комнате междисциплинарной диагностики также есть сухой бассейн, где ребенок под контролем психолога может расслабиться.
На вопросы о том, как часто родители стали выбирать вместо специального инклюзивное образование, о готовности наших учреждений работать с такой категорией детей, трудностях внедрения инклюзива ответила руководитель консультации Татьяна Кудрявцева.
- Еще год назад мы значительно меньше детей направляли для обучения и воспитания в условиях инклюзивного образования. Выезжая в отдаленные сельские районы, убедились, что большая часть родителей не готова поместить ребенка в специальные условия вне дома, например, в специальные школы-интернаты по преодолению ведущего нарушения. Они хотят, чтобы их дети жили и учились по месту жительства, и, соблюдая права ребенка, образовательную политику нашего государства, мы определяем их в детские сады и школы инклюзивно. Но, увы, часто это происходит стихийно, без специальной коррекционной поддержки. В области пока недостаточно кабинетов психолого-медико-педагогической коррекции и реабилитационных центров. Логопедов и дефектологов в районных образовательных учреждениях зачастую просто нет, не говоря уже о сурдо- и тифлопедагогах.
Если сравнивать уровень информированности населения о медицинских и образовательных правах ребенка, то жители города осведомлены лучше. И поэтому в районах мы ведем не только диагностико-консультативную, но и информационно-разъяснительную деятельность. Зачастую родители приходят на прием в ПМПК напряженные, негативно настроенные, не понимая, зачем их отправила на диагностику школа или детский сад, и наша задача объяснить каждому особенности развития его ребенка.
- В коррекционной поддержке трудно переоценить роль семьи.
- Важно, чтобы в семье принимали своего ребенка таким, какой он есть. И чем раньше это произойдет, тем эффективнее будет помощь. Когда ребенку восемь лет и больше, а семья считает, что у него «все хорошо», никто не сможет ее заставить думать по-другому. Есть примеры, когда родители прошли многих специалистов, неврологов, психиатров, в том числе зарубежных, имеют на руках заключения, но не хотят им верить. Такова психология «зеленого яблока» - мама отвергает актуальную информацию сейчас, но может принять ее через неделю, месяц, и мы, объясняя ситуацию, надеемся на ее здравый смысл. Случается, что родители не хотят лечить детей медикаментозно, считая, что это вредно для здоровья, но без лекарств некоторым маленьким пациентам не обойтись: на биохимические процессы в организме ребенка одними педагогическими методами воздействовать бывает бесполезно.
К сожалению, при такой позиции страуса, прячущего голову в песок, проблема только нарастает: семья приходит в ПМПК через полгода, и мы видим утяжеление состояния малыша. Но если родные понимают, что он чувствует, почему ведет себя так, а не иначе, участвуют в его коррекционно-образовательном маршруте, то как минимум половина успеха уже на их стороне. Такие родители не ставят точку в развитии малыша, и даже с тяжелейшими нарушениями он двигается вперед.
Хорошие результаты в реабилитации дает кабинет психолого-педагогической коррекции, недавно появившийся в Темиртау, и родители детей, прошедших там курс, записываются на него повторно. Правда, есть и те, кто возмущается, что в кабинете коррекции ребенка научили лишь держать ложку или ножницы, и тогда мы задаем вопрос родителю: «Почему до четырехлетнего возраста они сами этого не сделали?». Мы советуем им радоваться малейшим достижениям своих детей, рассказывая, какой прогноз у ребенка, если они будут с ним заниматься, и что его ждет, если оставят все как есть.
- Татьяна Владимировна, есть мнение, что порой родители здоровых детей не готовы к инклюзивному образованию?
- У нас был случай, когда малыш с расстройством аутистического спектра и задержкой психо-речевого развития пошел в общеобразовательный детский сад. А родители на имя директора дошкольного учреждения писали гневные письма с требованием убрать его из группы. Мальчик кричал во время тихого часа, бегал, мешал засыпать другим. Таким образом были нарушены права здоровых детей, а если бы в этом детском саду имелся тьютер, то есть педагог дополнительного сопровождения или специальный педагог, он бы забрал этого ребенка в сенсорную комнату, успокоил его.
Мы проводили внутренний опрос среди родителей о готовности их принять ребенка с особыми образовательными потребностями, и оказалось, что не возражает против совместного обучения примерно половина опрошенных. Проанализировав ситуацию, пришли к выводу, что в их числе те семьи, в которых кто-то из родных имеет ограничения по здоровью. Они понимают сложности адаптации и социализации, у них нет страха, они размышляют, как помочь.
- Какие условия для специального и инклюзивного образования созданы в Темиртау?
- В городе есть общеобразовательные школы с классами для детей с ЗПР. Наибольшее количество их в ОСШ № 10 (с первого по девятый класс на каждой параллели), которая является опорной по реализации инклюзивного образования. Подобные классы имеются в ОСШ №№ 6, 31, 11. Также в Темиртау работают две специальные школы-интерната для детей с нарушением интеллекта и с тяжелым нарушением речи, и количество детей в них не уменьшается. Если в прошлом году в школу для детей с ТНР набрали два нулевых класса, то в этом - четыре. Потребность большая, но у малышей есть надежда, что через год они переведутся в обычные школы.
Коррекцию ребенка нужно начинать как можно раньше. Если в дошкольных учреждениях малыши будут максимально компенсированы, то в школьной жизни у них возникнет меньше трудностей в усвоении государственного стандарта. К сожалению, пока в городе всего два общеобразовательных детских сада со специальными группами - с общим недоразвитием речи и нарушением зрения. Нет групп для детей с нарушением интеллекта, коммуникативной сферы, с НОДА.
Мозг ребенка пластичен, возраст до трех лет является максимально благоприятным для коррекции и компенсации. Кроха словно на беговой дорожке - психологическое и физическое развитие происходит стремительно. Далее - до пяти лет - он идет шагом, а после пяти - ползет. У нас же дети до трех лет обращаются в ПМПК крайне редко, только если имеют сочетанные грубые нарушения, которые видно даже не специалистам.
- Ранней диагностикой и скринингом занимаются поликлиники. Какая связь налажена с ними?
- В идеале уже в родильном отделении, если врачи видят, что ребенок рождается с хромосомными нарушениями или другими выраженными патологиями, записывают это в медицинскую карту, ставят в известность маму и сообщают ей, в какие службы она может обратиться.
Медицинские учреждения присылают нам скрининговые отчеты по раннему выявлению. И мне как специалисту бывает трудно в них поверить. К примеру, в обследованной группе из 400 детей в возрасте трех лет нет малышей с нарушениями слуха, зрения, НОДА, и только один с нарушением речи. Разве это возможно, если в настоящее время во всем мире число детей с ОПП увеличивается?
Вот и получается, что к нам на диагностику приходят дети в четыре, пять, шесть лет, то есть тогда, когда идут в детский сад, помещаются в социальную среду сверстников, и в равных условиях пребывания особенности их развития становятся видны.
- По образованию вы логопед и в свое время руководили методическим объединением логопедов школ города. Насколько важна по-вашему эта единица в учебных учреждениях?
- Скажу, что до 2016 года логопеды были во всех школах города - 44 логопеда в 29 школах. Мы даже издавали свой логопедический журнал в Темиртау, который был утвержден городским отделом образования. В позапрошлом году приказ, согласно которому эти специалисты работали в общеобразовательных учебных учреждениях города, был упразднен, и количество логопедов значительно сократилось.
Но если в школах все же остались логопункты, то в обычных детских садах нет никого кроме психолога. А именно там дефектологи и логопеды приносят больше всего пользы. В 2015 году по запросу городского отдела образования мы провели диагностику детей с нарушениями речи в дошкольных учреждениях. За одну неделю создали рабочую группу и обследовали всех детей в детских садах Темиртау. И, как оказалось, 80 процентов воспитанников требовалась поддержка логопеда. В настоящее время городской отдел образования решает вопрос о принятии этой важной единицы в штаты детских садов.
- Сегодня в Министерстве образования рассматриваются предложения о внесении изменения в законодательные акты, связанные с внедрением в инклюзивные школы и детские сады тьютеров, помощников учителя и воспитателя.
- И это была бы большая помощь для педагогов, которые и без того испытывают большую нагрузку, ведь им нужно развивать потенциал и одаренных детей.
Для того чтобы легче влиться в инклюзивное обучение, учителя и воспитатели проходят курсы повышения квалификации, получают узкопрофессиональные и дефектологические знания. К примеру, со школами, где есть стажерские инклюзивные площадки, работать значительно легче. Но многое зависит и от личности педагога. Я знаю обычного воспитателя в обычном детском саду, который несколько лет назад, принимая ребенка с интеллектуальными нарушениями, рассказывал детям в группе, что этот ребенок, заколдован злой волшебницей, и расколдовать его поможет только наша доброта.
Фото Дмитрия Кузмичева

Написать комментарий

Поля со * обязательны для заполнения

Пожалуйста, введите буквы, изображенные на картинке выше.
Символы не чувствительны к регистру
Другие материалы рубрики
  • Аллея молодежи 22.06.2019

    Актогайцы продолжают традицию добрых дел. «ИК» уже писала о том, что окончившие 20 лет назад районную школу теперь уже бывшие сельчане купили дом своей малоимущей землячке.

  • Культура прежде всего 22.06.2019

    Жители многоэтажек требуют от городских властей наладить освещение, убрать мусор во дворе, заасфальтировать дорогу, установить игровую площадку. Список желаний этим не ограничивается. Некоторые хотят, чтобы за счет госказны у них под окнами благоухали цветы, были отремонтированы крыши, подвалы и фасады...

  • Город, которого не было 18.06.2019

    В Каражале восстанавливают некогда брошенные многоэтажки. Реализация проекта по реконструкции четырех домов позволит полностью решить проблему очередников. Уже нынешней осенью несколько десятков семей отметят долгожданное новоселье.

  • Веселится и ликует весь народ 18.06.2019

    На празднике Сабантуй представители различных этнических групп устроили массовые гулянья с песнями, плясками, играми и спортивными состязаниями.

  • Командировка со всеми удобствами 15.06.2019

    Практика оказания особых знаков внимания чиновникам, которые приезжают в различные учреждения и ведомства с целью проверки, влечет за собой значительные коррупционные риски, утверждает руководитель управления контроля в сфере государственной службы департамента АДГС Айдын Шахмерденов. По его словам, должностные лица порой сами являются инициаторами посещения дорогих ресторанов, им оплачивается проживание. Подобную практику необходимо искоренить.

  • Стойкая «ремиссия» 13.06.2019

    Наверное, достаточно пальцев одной руки, чтобы пересчитать населенные пункты на карте области, где решение проблем ЖКХ и социальной сферы зависит не только от бюджетных средств. Такое исключение из правил - поселок Жайрем. За последние два года он преобразился. И теперь даже язык не повернется назвать его депрессивным - печальная слава осталась в прошлом.

  • Дети дождя 13.06.2019

    Мир, построенный на социальной инклюзии, не имеет границ,
    а это значит, что в нем не нужны диагнозы, - так считают
    в Ассоциации родителей детей-аутистов. В Казахстане это заболевание нарушения нервной системы лишь с недавних пор стало обсуждаться на серьезном уровне. Но излечить аутизм медицина не в состоянии.

  • Перспективная глубинка 13.06.2019

    Будучи одним из самых отдаленных, Актогайский район еще лет десять назад считался депрессивным. Однако за это время сельские округа разительно изменились, и произошло это благодаря государственным программам, которые активно здесь реализуют.