12 июня 2018 года 2233

Верность профессии

Автор: Зоя ПАРУБЕЦ, бывший сотрудник «Индустриальной Караганды»

Смоленщина испила полную чашу страданий в самой страшной войне человечества. Смоленская земля, на протяжении многих веков прикрывавшая Москву и восточные районы страны от нападения врагов с Запада, в годы Великой Отечественной войны оказалась на пути главных сил фашистского вторжения. Два года длились здесь непрекращающиеся кровопролитные бои. Сейчас на ее территории насчитываются захоронения сотен тысяч погибших в годы Великой Отечественной войны. О событиях тех лет рассказывают экспозиции десятков музеев, высятся строгие лаконичные монументы. Нескольких месяцев не хватит, чтобы посетить все места скорби на Смоленщине.

Как никто другой, помнит эту многострадальную Смоленщину Мария Александровна Родюкова. До сих пор нет-нет да и привидятся во сне или наяву картины того страшного времени – голод, холод, страх, грязь, разруха, смерть. Она родилась 12 июня 1938 года в городе Ярцево, что находится в 350 км от Москвы. Городок тогда насчитывал 40 тысяч человек, и средства к существованию населению в основном давали прядильно-ткацкая фабрика и литейно-механический завод.
Ей было всего три года, когда началась война, и тогда же закончилось ее детство. Отца, Родюкова Александра Стефановича, прошедшего советско-финскую войну (1939-1940 гг.), призвали на фронт в первые дни, и мама, Анна Семеновна, осталась одна с двумя детьми - сыном Гришей, дочерью Марией и глухонемой сестрой.
«Жди меня, и я вернусь, только очень жди» - эти слова из известного стихотворения Константина Симонова с полным правом можно отнести к сотням тысяч женщин военных лет. Так всю жизнь прождала своего мужа и Анна Семеновна. Ни единой весточки семья больше не получила от папы, и лишь спустя десяток лет после долгих переписок с министерствами и архивами они узнали, что рядовой Александр Стефанович Родюков погиб в первые же месяцы войны, героически сражаясь за город Торжок Калининской области. Но точное время и место захоронения так и остались неизвестными.
Осенью 1941-го вместе с тысячами ярцевчан семью Родюковых немцы погнали в Германию. Чудом им удалось остановиться в одной из деревень Витебской области, где их приютили добрые люди. Но из одной оккупации попали в другую, еще более изощренную. Днем здесь лютовали немцы, а ночью – полицаи, которые были намного подлее и злее фашистов. На Анну Семеновну кто-то донес, будто она хранит партизанские полушубки, и ее увели на расстрел. Тогда дети прощались с ней навсегда. Но она приползла еле живая, вся синяя от побоев прикладами. Потом еще раз увели. Но и в этот раз ей, опять-таки жестоко избитой, посчастливилось вернуться.
Целых три года продолжался этот ад. И взрослые, и дети страдали от голода, холода и болезней. Маша переболела тифом и малярией, и только чудом осталась жива – не было ни лекарств, ни врачей. Летом варили супы из лебеды и крапивы, других трав, весной тайком собирали на колхозных полях оставшуюся с осени мороженую картошку. И это казалось тогда невероятно вкусным лакомством.
В июне 1944 года Белоруссия была освобождена, и люди потянулись домой. Ярцево трудно было тогда назвать городом – сплошные руины, заросшие бурьяном в человеческий рост, а население составляло всего около ста человек. Но все же это был родной дом, в котором уже не было фашистов.
В 1945-м Маша стала первоклассницей. Училась хорошо, особенно любила чтение и русский язык. После окончания 8 классов (тогда он считался выпускным) большинство ее одноклассников устроились работать на хлопчатобумажный комбинат, но мама, Анна Семеновна, настояла, чтобы дочь училась дальше – ведь ее сочинение на выпускных экзаменах было признано лучшим. Одним из членов экзаменационной комиссии был редактор ярцевской районной газеты, и он предложил Марии проявить свой талант в работе корректора. Днем она вычитывала газету, правила ошибки, расставляла запятые, а после работы бежала в вечернюю школу.
В 1960 году она поступила в Московский издательско-полиграфический техникум на специальность «Корректор книжного издательства». Но жизненные обстоятельства сложились так, что доучиться не пришлось. В начале 1963 г. попала в Казахстан и сразу была принята в «Индустриальную Караганду», где проработала 31 год.
Работа корректора требует внимательности, сосредоточенности, углубленного знания языка, необходимо также разбираться в технических требованиях к набору и верстке. У корректора должно быть языковое чутье или, как говорят, врожденный талант. Всеми этими качествами Мария Александровна была наделена сполна. Еще помнились рассказы старших коллег о роковых ошибках, которые приводили к ссылкам, отсидкам в тюрьмах и даже расстрелам. С конца 1930 г. существовала строжайшая цензура, имелся циркуляр, в котором призывалось повысить бдительность в борьбе с классовым врагом, проникающим в печать и под видом опечаток публикующим антисоветскую пропаганду.
В 60-х стало проще – за ошибку или описку могли в худшем случае уволить, но тюремные сроки и расстрелы уже не грозили. Тем не менее ответственность не стала меньше. «Индустриалка» была единственной в Казахстане областной газетой, выходившей наряду с республиканской «Казахстанской правдой» шесть раз в неделю. Бывало, особенно во время партийных пленумов, съездов и других масштабных событий, работали всю ночь, чтобы газета вышла в срок, а утром уже нужно было делать следующий номер. Работали и в самые главные советские праздники: 1 Мая и 7 Ноября. А у Марии Александровны была еще обязанность отвечать не только за себя, но и за весь коллектив – она была старшим корректором, поэтому нагрузку несла двойную. Помнила, как ее, выпускницу школы, опекали и учили старшие коллеги, и сама никогда не отказывала в помощи или совете новичкам. Всегда сдержанная, собранная и внимательная, она требовала этого и от других.
А между тем жизнь не особенно баловала ее. Были у нее и большая любовь, и страшные разочарования. И светлая радость от рождения сына, и горькие потери любимых. Ушла навсегда мама, которая всегда была рядом, помогала ей растить внука. Вслед за мамой умер старший брат, которого беззаветно любила всю жизнь несмотря на расстояние – он жил в Ессентуках. Одна за другой уходят подруги, с которыми проработала не один десяток лет.
Но Мария Александровна никогда не жалуется. Она работала и после того, как вышла на пенсию и ушла из родной газеты. Получается, что общий стаж работы превышает у нее полвека. Сейчас, несмотря на свои 80 лет и болячки, много ходит пешком, читает, занимается двумя внуками. Освоила компьютер, связывается по скайпу с теми подругами, которые уехали, - кто в Германию, кто в Россию, кто в Алматы. Старается жить полной жизнью, быть в курсе всех событий.
С внедрением компьютеров в полиграфию исчезло громоздкое оборудование: не стало строкоотливных машин – линотипов, верстальных столов, устарели специальности линотипистов и метранпажей, проще стала печать. Но, наверное, никогда не умрет профессия корректора, которой Мария Александровна отдала всю свою жизнь. Ведь даже умные машины, в которые вложены всяческие нужные программы, могут дать сбой. Например, далеко не самый важный знак в любом языке - дефис, который отсутствовал в коде бортового компьютера НАСА, принес Америке ущерб в 80 миллионов долларов. Писатель Артур Кларк написал, что космический аппарат «Маринер-1» был «уничтожен самым дорогим дефисом в истории». В 340 миллионов долларов обошлась ошибка японской компании Mizuho Securities, трейдер которой перепутал количество акций и цену. Это вызвало, кроме того, хаос на биржевом рынке, обвал индекса Nikkei и отставку руководства Токийской фондовой биржи. Можно привести еще массу подобных примеров.
И это говорит о том, что такие люди, как Мария Александровна Родюкова, талант которых - в знании языка, будут востребованы всегда.

Фото Линара ГАЛИМОВА

Написать комментарий

Поля со * обязательны для заполнения

Пожалуйста, введите буквы, изображенные на картинке выше.
Символы не чувствительны к регистру
Другие материалы рубрики
  • Хормейстерский корпус. Новикова. Кулакова 14.02.2019

    О работе хормейстера мало что говорят и практически не пишут. Тем не менее именно они вносят весомую лепту не только в создание яркой и стройной музыкальной картины спектакля, но и его звучания на протяжении всех лет проката. В этом материале речь пойдет о Галине Новиковой и Елене Кулаковой.

  • Творчество - это навсегда 14.02.2019

    Известный карагандинский журналист и писатель Суйиндик Жанысбай отметил свое 70-летие.

  • Выше страстей 12.02.2019

    Черная мантия, невозмутимое лицо, бесстрастный голос, кресло на возвышении... Зал заседаний сродни храму правосудия, а судья, словно священник, выше мирских страстей. Такую картинку часто рисуют в своем воображении многие из нас.

  • Жизнь на высоте 12.02.2019

    Первые лифты в Караганде были установлены в доме, в котором находится магазин «Юбилейный», 52 года назад. С тех пор не только в Караганде, но и в стране изменилось многое.

  • Один в поле воин 12.02.2019

    Краевед, этнограф, археолог, библиограф Леонид Семенов прожил жизнь нелегкую, но яркую. Под его руководством в 1938 году состоялась первая экспедиция Карагандинского историко-краеведческого музея. Программа поездки, снаряженной одноконной подводой и специальной будкой, предполагала сбор материалов и приобретение экспонатов, массовую работу среди населения.

  • Солнце и зайчики 05.02.2019

    Когда в прошлом году в поселке Нура трем воспитанникам Дома юношества при детском доме «Кулыншак» собирались вручить ключи от новеньких квартир, выяснилось, что, так как у ребят нет местной прописки, жилье им не положено.

  • Блестящий взлет 05.02.2019

    Он поехал в Санкт-Петербург - в город, в котором хотел жить и работать, потому что любил и обожал его великолепие и особый шарм. Попытка пройти в Академию молодых оперных певцов при Мариинском театре увенчалась успехом, но тут же оборвалась из-за премьеры «Принцессы цирка» в родном Академическом театре музыкальной комедии.

  • Балхашский Левитан 05.02.2019

    Недавно 75-летний юбилей отметил человек, которого по голосу узнает не одно поколение наших земляков. Его в народе так и зовут - балхашский Левитан. Начиная с 1970 года, каждый День Победы он ведет репортаж с шествия горожан к мемориалу павшим балхашцам, внося в церемонию особую трогательность. И мы уже не представляем памятный день без голоса старожила нашего города Петра Кушнирова.