05 июня 2018 года 609

Не жалеть, а помогать

Автор: Наталья ПРУС

Как исполняется в нашей стране Международная конвенция о правах инвалидов? Подписанная в 2008-м и ратифицированная в 2015 году, конвенция стала историческим событием для республики. Под нее пишутся и меняются законы, разрабатываются долгосрочные планы, выделяются бюджетные средства. Весной 2017 года Казахстан отправил в Комитет по проблемам инвалидов ООН два отчета о проделанной работе. Первый - от государственных органов, второй - альтернативный - от общественных объединений. По словам представителей неправительственного сектора (а в его написание внесли вклад НПО многих регионов), он получился «причесанным», а большинство требующих решения проблем не были озвучены с высокой трибуны. «Стоит ли умалчивать о реальном положении дел, - возмущены карагандинские активисты, - ведь чем честнее мы будем перед собой, тем быстрее исправим недостатки и добьемся больших результатов. Государство поставило амбициозную задачу - войти в число 30 развитых стран мира, что невозможно без развитой социальной сферы и обеспечения равных прав для каждого казахстанца».

В дискуссионном клубе “ИК” эту и другие темы обсудили советник акима области по делам инвалидов Александр ИВКИН, председатель ОО ЦПДИ «Лучик надежды», депутат городского маслихата Татьяна КРАВЧЕНКО, заместитель председателя ОО «Лайықты өмiр» Любовь ДУДЧЕНКО, председатель ОО «Центр социальных услуг» Светлана ПОНОМАРЕВА, специалист жестового языка общества глухих Караганды «Корғау» Гуля АБИШЕВА, представитель спортивного общества инвалидов «Жандос» Федор СТАРЫГИН, тифлопедагог и реабилитолог Владимир ВЫСОЧИНСКИЙ, президент корпоративного фонда ОО «Казахское общество слепых» Карагандинской области Асхат ЕГЕУБАЕВ, руководитель методико-библиографического отдела и тифлологии спецбиблиотеки для незрячих и слабовидящих граждан Эльмира ЯРЦЕВА, сурдопереводчик Дома культуры глухих Гульнара ЖУПРИКБАЕВА и другие.

 Все начинается со двора

“ИК”: Инклюзивное образование - тема одна из самых животрепещущих как для родителей, так и педагогов. В этом году чиновники рапортовали о доступности (благодаря построенным пандусам и подъемникам) 43 процентов школ Караганды. Почти в ста классах 20 средних образовательных учреждений, по их мнению, созданы условия для включения в учебу 130 детей. А к 2019 году о своей готовности к совместному обучению заявят уже 70 процентов школ области...

Любовь Дудченко:

- Установка пандуса к зданию школы или детского сада - это первая ступень к инклюзии, ступив на которую, можно так и остаться на ней стоять. Покажите нам хотя бы одну городскую школу, что готова принять сегодня любого ученика с особыми потребностями, изъявившего желание обучаться по месту жительства, как прописано в законодательстве. Нигде пока нет тактильных дорожек, учебников по Брайлю, специалистов жестового языка, специальных инклюзивных программ, помощников-тьютеров, педагогов-ассистентов.

Допустим, что администрация оборудовала пандус, расширила двери, убрала пороги на входе в здание для ребенка, испытывающего трудности при передвижении, он попал на первый этаж, а что дальше? Сможет ли он проехать в столовую, библиотеку, в классы, сумеет ли элементарно вымыть руки в туалете? Почувствует себя таким же самостоятельным, как его сверстники? Мы слышим от представителей образования об открытии дополнительных коррекционных классов, но их задача «выравнивать» детей с ЗПР в начальной школе, чтобы в средней обучать по обычной программе. А как же дети, которых невозможно довести «до уровня всех»? Они будут продолжать нуждаться в особых условиях обучения, специальных учебниках, дополнительных занятиях с дефектологами, сопровождающих их помощниках. Чтобы прийти к настоящему инклюзивному образованию, нельзя просто спустить директиву с приказом и поставить сроки исполнения, нужно подготовить к этому материальную базу и всех участников учебного и воспитательного процессов.

Владимир Высочинский:

- Я незрячий человек и у меня четверо детей. Когда сын, у которого сохранилось остаточное зрение, пришел в детский сад «Алмагуль», который по статусу считается инклюзивным, он единственный, кто подружился в группе с незрячей девочкой. Как оказалось, кроме него с ней никто не играл, сверстники ее сторонились, и в этом, я считаю, упущение воспитателей. То же самое происходит и в школах - наших детей с инвалидностью до сих пор боятся учителя, директора, родители здоровых детей.

Татьяна Кравченко:

- У нас в центре посещают группу дошкольного развития дети с разными видами нарушений, и в ней, кроме воспитателя и социального работника, есть пять тьютеров, которые помогают малышам на инвалидных колясках, с ментальными нарушениями, аутизмом осваивать программы индивидуально и в то же время находят ресурсы для их сближения. Но в государственных учреждениях нет тьютеров, они не предусмотрены штатным расписанием, поэтому там основная нагрузка лежит на плечах не всегда подготовленных воспитателей и педагогов.

Много лет назад, еще до введения у нас в Казахстане понятия инклюзии, мы говорили о том, что дети с сохранным интеллектом, которые имеют нарушения опорно-двигательного аппарата, зрения или слуха, должны в первую очередь учиться в обычных школах, в среде сверстников. В интернатах они получают качественную коррекционную помощь, но, увы, не социализируются и, покидая стены школ, теряются в обычной жизни, хотя впереди их ждут колледжи, вузы, рабочие коллективы. На мой взгляд, инклюзия начинается даже не с детского сада, а со двора, где ребенок живет, и с воспитания его родителей. У меня есть примеры, когда мама особого ребенка выводит его на дворовую площадку и получает фунт равнодушия и пренебрежения со стороны родителей здоровых детей. Общество еще не пришло к пониманию того, что ребенок с отклонениями в здоровьи учит его быть добрее, милосерднее, разумнее, искреннее.

Любовь Дудченко:

- В европейских странах, что идут по пути инклюзивного образования десятилетиями, в колледжах и высших педагогических учреждениях все студенты обучаются общению с людьми с различными видами инвалидности. И первое правило поведения - не жалеть человека, потому что жалость унижает, а помогать ему преодолевать трудности, с которыми тот не может справиться самостоятельно, поддерживать не только физически, но и морально.

Если мы хотим полного включения особых детей в образовательный процесс, то начинать нужно с правильной и грамотной подготовки кадров.

Вы все еще строите? Тогда мы идем к вам

“ИК”: Периодически устраивая рейды по доступности городской инфраструктуры, «Индустриалка» находит нарушения даже на социально значимых объектах - в поликлиниках, больницах, ЦОНах, домах культуры. В здании КОФ партии “Нұр Отан”, например, которая сама реализует программу поддержки людей с ограниченными возможностями, несколько лет нет подъемника с первого на второй этаж, и приезжающих на мероприятия инвалидов, в том числе детей, буквально заносят в актовые залы на руках. На мой взгляд, это свидетельствует о формальном и несерьезном отношении к вопросам адаптации.

Владимир Высочинский:

- Не так давно мы посетили ЦОН на проспекте Шахтеров, где, как нам сообщили, появилась тактильная табличка, написанная Брайлем. Незрячий человек ее даже прочитать не сможет, потому что, встав к ней лицом и проводя рукой по надписи, он рискует быть сбитым открывающейся дверью. Почему, когда монтировали табличку, никто не догадался пригласить инвалида по зрению для консультации?

Александр Ивкин:

- Контролирующие органы сегодня категорически против, чтобы общественные организации участвовали в экспертных группах. Эту норму убрали и из Закона «Об архитектурно-строительной деятельности» с той мотивацией, что мы в этой сфере не специалисты. Я, например, по образованию инженер-машиностроитель, программист, но лучше любого архитектора знаю, как лучше адаптировать помещение для инвалида на коляске.

То же самое непонимание мы встречаем, когда на уровне министерств разрабатываются нормативно-законодательные акты: к обществам инвалидов, работающим со своими целевыми группами, которым, кстати, и предстоит жить по новым правилам, за советом не обращаются. И довольно часто мы важные документы получаем в готовом виде, а потом просим внести в них поправки.

Светлана Пономарева:

- Делать для человека с нарушением зрения или опорно-двигательного аппарата что-то без него - то же самое, что пойти в магазин и купить туфли для подруги, руководствуясь не ее предпочтениями и вкусом, а только размером ноги. Иногда чиновника, архитектора или строителя, который состряпал горку-пандус, хочется посадить в коляску или завязать глаза и дать трость. Мы готовы к сотрудничеству с государственными, в том числе контролирующими органами. Если чиновники говорят, что проведена 100-процентная паспортизация объектов, а 57 процентов из них уже адаптированы, пусть дадут нам данные по этим зданиям и учреждениям. Мы можем создать группу из представителей всех категорий инвалидов - с НОДА, зрения, слуха и проехаться по городу. Тогда отчеты государственных служащих не будут отчетами для галочки. За границей все общественные объединения инвалидов давно придумали хороший лозунг  - «Ничего для нас без нас».

Индивидуально - значит качественно

Асхат Егеубаев:

- Этот девиз применим и к закупу компенсаторных и реабилитационных средств - тифлотехники, сурдотехники, инвалидных колясок. Для государства это огромная статья расходов, и бюджетные деньги должны использоваться с умом. К примеру, недавно незрячим людям были выданы модели телефонов, на которые нельзя поставить «говорящие» программы и GPS-навигатор. И многие попросту стали их продавать. Кому от этого польза? Государство выкидывает на ветер средства, а человек по-прежнему не адаптирован в социальной среде. А ведь инициативная группа из незрячих людей предложила бы администраторам программ при проведении тендера ориентироваться на устройство нужной технической спецификации.

В настоящее время от инвалидов по зрению поступают предложения по монетизации компенсаторных средств. Получив сертификат на определенную сумму, человек сам будет выбирать и покупать подходящие устройства и услуги.

Светлана Пономарева:

- Тогда возникает опасность того, что средствами реабилитации не будет охвачена группа инвалидов, проживающая в небольших селах. У некоторых людей там нет доступа в интернет и к расширенной сети магазинов. Где вы найдете коммерсанта, который завезет вам 100 и 200 колясок или слуховых аппаратов и будет ждать, когда вы к нему придете?

Любовь Дудченко:

- С другой стороны, денежный эквивалент сертификатов невелик и рассчитан на покупку недорогого оборудования. Я изучала опыт Болгарии и России, которые пошли по пути монетизации. И там люди, что хотят приобрести более дорогое и качественное средство, доплачивают продавцу из своего кармана. А теперь представьте, что у нас часть инвалидов в селах живут на пособия и берегут каждую копейку.

Если взять опыт Польши, Германии, то там давно уже существует автоматизированная система, которая подбирает человеку все индивидуально - от подгузников до инвалидных колясок. Там считают так: если подойти к каждому в каждой категории инвалидности персонально, сэкономится больше государственных средств, ведь человек получит то, что ему действительно нужно. А у нас, когда мы начнем читать частные объявления в местных газетах, в рубрике «продается» увидим и коляски, и подгузники, и смартфоны.

Александр Ивкин:

- Над проблемой закупа реабилитационных средств бьемся более десяти лет, выступаем на координационных советах в министерстве и неоднократно предлагали использовать модель поэтапных госзакупок. Когда на первом этапе отсеиваются все средства низкие по качеству, и только на втором роль играет цена. Пока же в Казахстане госзакупки работают по принципу коммерции, а социальное направление никого не волнует. Закуп средств и услуг для людей с инвалидностью нельзя сравнивать с закупом журнальных столиков.

В управлении координации занятости и социальных программ прекрасно знают, что есть такой спортсмен, чемпион Казахстана по настольному теннису на колясках Федор Старыгин, активистка Светлана Пономарева, танцовщица Айдана Нуртазина - и всем им нужны разные коляски. А есть бабушка, которая передвигается только по квартире и ей активного типа коляска не требуется. Сейчас в министерстве рассматривается новый проект по предоставлению услуг индивидуального помощника, который подразумевает дифференцированный подход. То есть если человек работает или учится, он будет иметь право на максимальное количество часов индивидуальной помощи. Такой же подход нужен и при закупе компенсаторных и реабилитационных средств для всех категорий инвалидов.

Решается на месте

“ИК”: Знаем, что у общественных объединений накопилось немало вопросов к местным исполнительным органам власти, управлениям, являющимся администраторами программ, депутатам. Один пример - Театр мимики и жеста при карагандинском Доме культуры глухих, который является единственным в республике. В театре отличный актерский состав, профессиональный режиссер, интересный и достойный репертуар, а конкурсы по этому виду искусства обходят артистов стороной, точно так же, как и выезды с показами в другие города области и республики. Артисты не могут без сцены и без гастролей, а без поддержки управления культуры и финансирования им эти вопросы не решить.

Гульнара Жуприкбаева:

- Мы хотели бы обратиться к отделу занятости и социальных программ Караганды, а также к управлению образования. Почему в Шахтинске и Шахане люди с нарушением слуха имеют возможность получить и слуховой аппарат, и услуги специалиста жестового языка, а в Караганде им приходится выбирать что-то одно? Нельзя отнимать у инвалидов возможность максимальной адаптации в окружающем пространстве. Слуховой аппарат нужен для того, чтобы, к примеру, переходить дорогу, а сурдопереводчик - чтобы правильно доносить свои мысли, быть верно понятыми.

Есть проблема и с получением в специализированной школе-интернате для слабослышащих детей аттестата о среднем образовании. Из-за его отсутствия наши ученики не могут поступить в вуз сразу после школьной скамьи, а это нарушение их прав. Кроме того, обучаясь в колледжах на поваров, ювелиров, парикмахеров, они вынуждены нанимать специалиста жестового языка за свой счет, потому что 60 часов в год (пять - в месяц), выделяемых на сурдоперевод для учащегося, недостаточно. Мы давно предлагаем областному управлению образования в каждое средне-специальное учебное заведение, куда пойдут учиться наши дети, принять в штат нужного специалиста, но отклика пока не находим.

Федор Старыгин:

- Думаю, что наши вопросы помогло бы решить управление физической культуры и спорта. В других областях Казахстана практикуются ежемесячные выплаты стипендий спортсменам-инвалидам, ставшим чемпионами и призёрами РК. И этот шаг стал бы дополнительной мотивацией и поддержкой для нас, так как из-за работы многим приходится пропускать тренировки, что, конечно, сказывается на результатах. Также из-за отсутствия финансирования мы не можем участвовать в соревнованиях, проходящих в странах СНГ и дальнего зарубежья - они  вне календарного расписания.

Необходимо открытие спортивных филиалов в районах области, что привлекло бы в секции молодёжь. Ведь у нас есть достойные ребята, которые могут показывать высокие спортивные результаты как в РК, так и на мировом уровне. Желательно, чтобы руководили секциями и специализированными спортивными организациями люди, которые душой и сердцем болеют за паралимпийское движение. В настоящее время отношение к нам со стороны областной специализированной школы по инвалидному спорту прохладное. Приведу пример: в первых числах мая мы проводили соревнования по настольному теннису на стадионе «Шахтёр». Руководство школы не посчитало нужным присутствовать на открытии, а медали для участников наставники приносили свои или покупали. Инвентарь для игры в теннис мы также приобретаем за свой счёт.

Асхат Егеубаев:

 - Я один из инициаторов открытия отделения массажа для обучения инвалидов по зрению в Карагандинском медицинском колледже. Но пока реализовать идею не удается из-за недоступной окружающей среды: в учебном учреждении нет информационных стендов, тактильных дорожек, звуковых маячков. Хотя желающих получить средне-специальное медицинское образование предостаточно. Дело в том, что в настоящее время незрячим инвалидам управление координации занятости и социальных программ может предложить лишь трех-шестимесячные курсы массажа, а полученные сертификаты без медицинского образования в поликлиниках и больницах недействительны. Давая инвалиду возможность обучаться наравне со всеми студентами год и 10 месяцев, мы даем ему шанс в дальнейшем трудоустроиться.

Наш проект подразумевал обязательное закрепление его участника за государственным медицинским учреждением или частной клиникой, ведь трехпроцентную квоту для лиц с ограниченными возможностями, прописанную в Законе «О социальной защите инвалидов», еще никто не отменял. Помимо этого, государство сейчас готово оплатить все расходы предпринимателей по созданию рабочего места для инвалида.

Говорить на равных

“ИК”: В «Индустриальную Караганду» нередко обращаются читатели с жалобами на государственные органы. Кому-то отказали в ноутбуке, кому-то в путевке на санаторно-курортное лечение, и мы советуем им делать официальные запросы в ответственные ведомства с просьбой объяснить, на какой законодательный акт они опираются. «Пишите письма» - говорил герой небезызвестного романа, полагая, что на них все равно никто не ответит. Но иногда ничего не остается, как продолжать стучать в закрытую дверь в надежде, что ее откроют.

Александр Ивкин:

- Мы живем в правовом государстве. Не нужно быть пассивными наблюдателями за происходящими в республике изменениями. Если в медколледже нет тактильных дорожек или ребенка с инвалидностью не принимают в школу по месту жительства, значит, следует привлекать департамент Комитета труда, социальной защиты и миграции, прокуратуру, суд.

В марте 2017 года Казахстан защитил в ООН свое право быть членом международного сообщества, ориентированного на равные возможности всех граждан. Наряду с нерешенными проблемами у нас есть и успехи. Но пока каждый человек с инвалидностью, как носитель определенного ограничения, не будет знать законы страны, чиновники не будут говорить с ним на равных.

Растет число общественных организаций, но из 20 тысяч НПО в Казахстане активна и сдает отчеты в Министерство по делам религий и гражданского общества в РК только одна пятая часть. В МОН РК, к примеру, есть рабочая группа, которая занимается разработкой методик инклюзивного образования, а между тем в ней нет представителей ни Казахского общества глухих, ни Казахского общества слепых, следовательно, без внимания остаются многие вопросы этой категории инвалидов.

Татьяна Кравченко:

-У нас система социальной защиты населения - заявительная. Когда в семье рождается ребенок с инвалидностью или человек получает ее после травмы, им приходится всего добиваться самим. Большинство людей испытывает в это время физическую и психологическую боль, перед ними открывается другой мир, они не понимают, как жить дальше, а им необходимо находить силы обивать пороги различных учреждений, писать кучу заявлений, при этом испытывая унижения. Поэтому случается, что наши люди с ограниченными возможностями не обращаются за помощью годами.

В европейских странах общества инвалидов и государственные учреждения работают вместе. Человек получил инвалидность, и по базе данных, к которой имеют доступ соответствующие структуры и организации, одномоментно расходятся о нем сведения. К его реабилитации подключаются врачи, психологи, социальные работники, консультанты, которые расскажут обо всем, на какую услугу, компенсаторное средство, пособие он имеет право, помогут добиться их получения.

Любовь Дудченко:

- Сегодня у людей с инвалидностью, чьи проблемы не решаются на местном уровне, есть возможность, при наличии электронной цифровой подписи, обратиться за поддержкой на портал egov.kz, на блог любого руководителя ведомства, министра. Важно излагать свои мысли конструктивно и доказательно. Не мешало бы консолидироваться в продвижении своих интересов и самим обществам инвалидов.

***

В сентябре дискуссионный клуб планирует подвести итоги. Присутствующие предложили сделать его общественным советом, действующим на постоянной основе, а «Индустриалку» связующим звеном между НПО и государством.

Ждем новой встречи, читательских писем и звонков.

Фото Линара Галимова

 

Написать комментарий

Поля со * обязательны для заполнения

Пожалуйста, введите буквы, изображенные на картинке выше.
Символы не чувствительны к регистру
Другие материалы рубрики
  • Актуальные направления 16.10.2018

    Расширенное заседание по обсуждению Послания Президента прошло в карагандинском Доме дружбы. Представители областной АНК, Совета общественного согласия и Совета матерей, регионального штаба «Жаңғыру жолы», государственных органов и общественные деятели обсудили выступление Главы государства и поделились планами на будущее.

     

  • Готовность покажет снег 16.10.2018

    Коммунальные службы Караганды отчитались о готовности к зиме. И, надо признать, вовремя, потому что им уже пришлось бороться с первым снегом и гололедом.

     

  • С чистого листа 16.10.2018

    В области уже начали готовить списки субъектов малого и среднего бизнеса, которым будет предоставлена налоговая амнистия, сообщили в палате предпринимателей.

  • От чистого сердца 16.10.2018

    Благодаря спонсорской помощи пополнился автопарк центральной больницы Актогайского района.

  • На новый уровень 16.10.2018

    В Казахстане сформирован новый пакет гарантированного объема бесплатной медицинской помощи (ГОБМП).

  • Поверь в свой успех! 16.10.2018

    Вскоре ребята, страдающие ДЦП, смогут играть в футбол, а уже через два года примут участие в чемпионате мира. Все это станет возможным благодаря меморандуму, подписанному в здании КОФ партии «Нұр Отан».

  • Будет тепло 13.10.2018

    Отопительный сезон в Осакаровском районе стартовал 1 октября. В настоящее время социальные объекты полностью обеспечены углем, топливо для бытовых нужд населения также имеется в достаточном количестве, рассказывает руководитель местного отдела ЖКХ, пассажирского транспорта и автомобильных дорог Нурсултан Карсыбеков.

     

  • Второе дыхание 13.10.2018

    В акимате Караганды прошло заседание городской трехсторонней комиссии по социальному партнерству и регулированию социальных и трудовых отношений.